Хвост Манафорта. Почему Фирташа таки посадят в США

Возможная связь дела Фирташа со сделками Пола Манафорта множит на ноль надежду украинского олигарха пересидеть трудные времена в Вене и по-тихому вернуться в Украину, откупившись от власти активами, пишет Деловая столица.

фирташа

Дмитрий Фирташ

Информация о том, что у американских правоохранительных органов есть «тысячи» перехваченных разговоров, которые могут быть использованы против Дмитрия Фиратша в деле о широкомасштабной международной коррупционной схеме, которую он, похоже, координировал, которую обнародовали американские СМИ, и явно нервная реакция адвокатов украинского олигарха, которые заговорили что его экстрадиция в США является делом считанных месяцев — все это свидетельствует, что в воздухе запахло жареным, пишет Depo.ua.

Если кто-то забыл все подробности этого давнего и запутанного дела — то Дмитрий Фирташ с 2014 года находится в Австрии, откуда его пытаются вытащить правоохранители США (за криминальную схему по добыче титана в Индии, права на которую Фирташ получил за многомиллионные взятки) и правоохранители Испании, где Фирташа обвиняют в отмывании миллионов долларов при помощи гостинично-ресторанного бизнеса и элитной недвижимости. Есть вопросы к Фирташу и у украинской Генпрокуратуры — но наши правоохранители оценивают возможность получить живого Фирташа в свои руки как практически нулевую.

До сих пор высокопрофессиональным и высокооплачиваемым адвокатам олигарха удавалось защищать его от экстрадиции, и Дмитрий Васильевич после недолгого задержания жил в Вене на свободе, внеся залог в 125 миллионов евро.

Но недавно фортуна повернулась к Фирташу другим местом. Причиной здесь стало то, что американское следствие всерьез взялось за изучение его многочисленных и тесных контактов с бывшим менеджером избирательной кампании действующего президента США Полом Манафортом. Которого, в свою очередь, подозревают в излишне тесных и интимных отношениях с Россией до и во время президентской кампании в США.

Или спецпрокурору Роберту Мюллеру, который расследует связи избирательного штаба Трампа с Россией, удалось что-то найти в доме Манафорта, где недавно был проведен обыск. Или наоборот — найти не удалось, от чего интерес только обострился. Но желание поговорить с Дмитрием Васильевичем в тесной и интимной обстановке чикагской тюрьмы выросло у американской прокуратуры невиданно. Конечно, суть этого разговора может и не касаться маленького титанового гешефта в Индии. Но когда закончатся разговоры о Манафорте — обязательно начнутся беседы об обширных международных коррупционных схемах. Результатом этих разговоров может стать 50-летнее заключение. Это, конечно, максимальный срок, и хорошие адвокаты обязательно найдут способ его сократить. Но даже, допустим, половина из него Дмитрия Васильевича, кажется, не радует.

По большому счету, Фирташ стал жертвой собственного делового размаха. Если бы он продолжал по-тихому коллекционировать украинские облгазы и заводы по производству удобрений — то был бы уважаемым гражданином своей страны, с хорошим представительством в парламенте и достаточно безоблачными жизненными перспективами. Если бы он даже прикупил индийских чиновников и поставлял титан в Восточную Европу или Китай — его тоже вряд ли постигла бы жестокая судьба. Но Фирташ решил подняться на новый, качественно более высокий уровень бизнеса. Не поняв, что привычные для него методы при ведении дел с крупными американскими компаниями являются вполне неприемлемыми. А мутные люди, вроде Манафорта, могут довести как к большому влиянию на Вашингтон, так и к ордеру от высокопоставленных прокуроров. За что олигарх и поплатился. И никакая дружба с Владимиром Путиным или кем угодно еще — ему уже не поможет. Впрочем, судьба Фирташа — это проблемы Фирташа.

Далеко интереснее, что произойдет с его активами — производственными и медийными — в Украине, когда станет понятно, что их владелец, похоже, вернется крайне нескоро.

На протяжении последних двух недель стали заметны первые скромные движения со стороны Генпрокуратуры, которая недавно открыла уголовное дело в отношении интересной ситуации, при которой облгазы пользуются распределительными сетями, не платя «Нафтогазу» за их использование средств, достаточных для поддержания сетей в рабочем состоянии. При этом 22 облгаза находятся в собственности именно Дмитрия Фирташа. Это, к слову, не первый подобный «наезд» на облгазы — но на этот раз, по слухам, «Нафтогаз» и ГПУ настроены серьезно — их цель или заставить облгазы платить, или немного поменять структуру собственности на этом рынке.

Хотелось бы верить, что все у них получится — несмотря на то, что лоббистские возможности Дмитрия Васильевича сейчас несколько уменьшились. И что аналогичная «расчистка» пройдет и в других отраслях, где комфортно чувствуют себя коммерческие и медийные структуры Фирташа. И еще очень бы хотелось, чтобы в процессе речь шла именно о переводе коммерческих структур в прозрачный режим функционирования, а не о тривиальном имущественном переделе.

В тему: ДМИТРИЙ ФИРТАШ. ИСТОРИЯ ТЕРНОПОЛЬСКОГО МИЛЛИАРДЕРА

Также будет интересно почитать:

Новости партнеров:

Добавить комментарий