Плюшки для элиты. Чего ждать украинцам от новшеств в валютном законодательстве

После административного тупика, вызванного целой системой запретительных мер на валютном рынке, Нацбанк презентовал новый проект закона «О валюте», пишет Деловая столица.

Данный законопроект должен, по идее авторов, в ближайшее время построить «валютную Европу» в нашей стране. В прессе мгновенно развернулись нешуточные баталии относительно законопроекта, причем в качестве иллюстративного материала в основном «гуляют» презентации с Институтской.

Складывается впечатление, что многие эксперты, обсуждая новацию, просто не читали законопроект, хотя сделать это вовсе не трудно: с десяток страниц читаются достаточно легко, ведь текст так и пересыпан «общими местами» и ненужными, дублирующими нормами, установленными, например, Конституцией. Вроде «гривна — единственно законное средство платежа на территории Украины».

Экспресс-анализ законопроекта позволяет сделать несколько предварительных выводов.
Первый — краткость — сестра таланта, во всяком случае — юридического.
Второй — презентация законопроекта намного интереснее его текста.
Третий — существенно расширяются полномочия НБУ в части «доурегулирования» с помощью подзаконных нормативно-правовых актов регулятора (инструкции, положения и т. д.). Реально проще «оперировать» с валютой смогут примерно 2-3% украинцев, ездящих за границу и вкладывающихся там на сумму, превышающую 10 тыс. евро за раз.

Для таких счастливчиков отныне будет дозволено простое информирование НБУ о проведенных операциях.
То есть чиновник, «отшопленный» женой или дочерьми на Via Montenapoleone в Милане на сумму в несколько десятков тысяч европейских денежных знаков, сможет просто сообщить об этом в НБУ и спать спокойно… Но не будем скептиками, а попробуем рассмотреть контуры черной кошки в темной комнате, тем более что она там есть — то есть попробуем найти некий позитив.

Позитив первый
Любой новый закон, даже написанный студентом первого курса юрфака с орфографическими ошибками, будет лучше того, что мы сейчас имеем. Многие годы страна жила по древнему «талмуду» под названием «Декрет о системе валютного регулирования и валютного контроля», принятому в далеком 1993 г. Почему именно декрет, а не закон? Дело в том, что в тот переходной период для ускорения «рыночных» преобразований Кабинет Министров был наделен правом издавать декреты, по своей юридической силе приравненные к законам. Даже не углубляясь в суть этого «средневекового манускрипта», заученного наизусть банковскими служащими отдела валютного контроля, основной вывод можно сделать лишь по названию: ключевые слова в декрете — «регулирование» и «контроль». Именно так государство понимало свою роль на этапе перехода от плановой экономики к рыночной. На практике мы получили, с одной стороны, валютную систему, где ничего нельзя, с другой — регулятивного монстра в лице уполномоченных государственных органов, которые могли «нельзя» изменить на «можно». И все это на фоне драконовских наказаний за нарушение валютного законодательства. Нельзя, например, рассчитываться наличной валютой — в судебной практике были реальные случаи, когда простые украинцы получали самые настоящие сроки за покупку на базаре автомобильных покрышек за сто долларов. Открывать счета за границей без индивидуальной лицензии НБУ, кстати, тоже было нельзя. Но их открывали, и сейчас большинство действующих политиков и бизнесменов даже средней руки такие счета имеют, а индивидуальные лицензии — нет.

В результате созрела критическая ситуация: при желании за нарушение валютного законодательства можно было посадить всю страну.
Чтобы прекратить подобный «беспредел», соответствующие статьи декриминализировали, но декрет оставили: многие по старинке боялись и шли на Институтскую за «цидулкой».

Кроме того, наличие полностью «окаменевшей», но действующей законодательной нормы, позволяло проводить информационные атаки практически на любого человека, который занимался бизнесом в Украине в последние пару десятков лет. Например, весь так называемый офшорный скандал, срикошетивший в том числе и по действующему президенту Украины, был сконструирован на основании ехидного вопроса в стиле Слепого Пью из «Острова сокровищ»: «где карта?». Иными словами, где индивидуальная лицензия НБУ для осуществления инвестиций за рубеж в виде покупки корпоративных прав офшорной компании? То, что таких лицензий нет у 99% действующих бизнесменов и политиков, никого при этом не интересовало.

Позитив второй
Украина в последнее время достаточно успешно интегрировалась в европейское пространство относительно свободного движения товаров и услуг. «Гибридно» адаптируется и к свободному движению трудовых ресурсов. А вот со свободным движением капитала пока не складывается. Соответствующая директива ЕС 88/361 предполагает полную либерализацию каналов движения всех видов капитала на общеевропейском пространстве. Поэтому, если Украина планирует продолжить движение на пути евроинтеграции и включиться в европейский рынок финансовых услуг, нашим чиновникам придется отказаться от самого сладкого: контроля за валютными потоками.

Позитив третий 
В законопроекте заложена достаточно здравая философия (правда, не нашедшая пока должного воплощения в тексте) о поэтапной замене валютного контроля налоговым, как это сделали в США и ЕС.

В прошлом году завершился 70-й Конгресс Международной налоговой ассоциации в Мадриде, на котором были подведены итоги внедрения BEPS — 15 норм по борьбе с уклонением от уплаты налогов. Данные меры имплементируются в ЕС и странах, входящих в Организацию экономического сотрудничества и развития (ОЭСР). В США существует еще и система налоговой отчетности по зарубежным счетам (FATCA), которая контролирует доходы американских граждан в других государствах. Суть этих систем достаточно проста: заплати налоги и гоняй свои деньги по миру без всяких проблем и валютного контроля.

Простыми словами: нужно не инвесторам и бизнесу усложнять жизнь, которые платят налоги и при этом в Украине сталкиваются, например, с проблемой репатриации дивидендов и досрочным погашением кредитов нерезидентов, а тем, кто налоги не платит и при этом формально не нарушает валютное законодательство.
На карте имплементации стандартов BEPS Украина пока в перечне 26 «оранжевых» стран, которые эти нормы в должной мере не применяют.


Для того, чтобы максимально упростить валютное регулирование, Украине предстоит адаптировать мероприятия BEPS и залить «горяченького» за шиворот некоторым отечественным финансово-промышленным группам, любящим продавать сырье через систему международных фирм-прокладок.

Большие перспективы
В НБУ признают, что дерегуляция валютного рынка возможна лишь при следующих условиях: установление прозрачных механизмов налогообложения КИК (контролируемых иностранных компаний); расшифровка финансовой отчетности наших ФПГ по всем странам, где они осуществляют свою операционную деятельность; установление правил ограничения финансовых операций со связанными лицами; пересмотр международных договоров об избежании двойного налогообложения. Есть и другие пункты во внушительном списке, после реализации которого наши олигархи будут испытывать такую личную неприязнь к творцам реформ, что, как говорил герой старого советского фильма, «кушать не могу».

Украине стоило бы более смело пойти по указанному пути. В частности, можно было бы ввести такое понятие, как «подтвержденная сумма капитала».
Простыми словами: если резидент страны (физическое или юридическое лицо) заплатил все установленные налоги и располагает неким гривневым остатком денежных средств, он вправе распоряжаться им как ему вздумается: поменять на тугрики, внести в предвыборный фонд кандидата в президенты США, потратить на улице красных фонарей в Амстердаме… На переходной период в три-пять лет можно было бы установить постепенно снижаемый дополнительный сбор на репатриацию доходов за рубеж в размере 5-10-15%, взимаемый в иностранной валюте и направляемый на пополнение специального субсчета в структуре золотовалютных резервов НБУ. Получили бы некий аналог украинского BEPS. Кроме того, можно было бы пойти на максимальное упрощение операций нерезидентов из ЕС и США в части расчетов валютой на территории Украины и отмены так называемых «инвестиционных» счетов, в которые загоняются иностранные инвестиции.

В ином случае даже самый продвинутый закон превращается в декларацию о благих намерениях. Конечно, хорошо, что в нем записан принцип «что не запрещено, то разрешено», но он сам по себе действует в повседневной практике, так сказать, априори. И дополнительные статьи закона для этого совершенно ни к чему, ведь законодательные акты не должны дублировать общепринятые, прописные истины.

Также будет интересно почитать:

Новости партнеров:

Добавить комментарий