Эдуард Гурвиц: кровавый мэр-разоритель Одессы. ЧАСТЬ 1

Эдуард Гурвиц

Эдуард Гурвиц

Мы говорим «Одесса», а вспоминаем её дважды мэра Эдуарда Гурвица, за десять лет совокупного правления городом оставившего в нем множество шрамов, руин, трупов и искалеченных судеб. Город, который был жемчужиной Черного моря, был разорен группировками бандитов и аферистов. Тем не менее, Гурвиц до сих пор не оставляет намерений вновь вернутся в кресло городского головы или хотя бы усадить в него своего надежного человека, чтобы с лихвой восполнить свои расходы. А вот это и вызывает искреннее удивление: неужели после того, как Одессу 25 лет грабили команды сменяющих друг друга Гурвица, Боделана и Труханова, в ней еще осталось что «распиливать» и дерибанить?

 

Гэбэшная история

Эдуард Иосифович Гурвиц родился 20 января 1948 года в Могилеве-Подольском (Винницкая область), в семье Марии Наумовны Берштейн (1919-1994) и Иосифа Ильича Гурвица (1913-1957). Как утверждает Эдуард Гурвиц, его отец был арестован по доносу сослуживцев и осужден на 9 лет по 58-й статье, сильно подорвал в лагере здоровье и потому рано умер от болезни сердца в возрасте 44 лет. Это, по словам Гурвица-сына, с детства сделало его убежденным антикоммунистом – во всяком случае, именно этим он всегда пытался пояснить свою непримиримую вражду к своему заклятому оппоненту Руслану Боделану. Однако, учитывая, что реальная причина этой вражды была совершенно иной (и именно об этом SKELET-info сейчас подробно расскажет), возникает сомнение в правдивости слов Гурвица. Да и как ненавидящий коммунистов сын репрессированного пояснит слухи о своей работе на КГБ под оперативным псевдонимом «Веселый», которая заключалась в таких же доносах на «антисовестки мыслящих», жертвой которых когда-то пал его собственный отец?

Слухи эти связаны с одним громким инцидентом из бурной молодости Гурвица, о котором он предпочитает умалчивать. В 1965-м году (а не в 1966-м, как написано в его биографии) молодой комсомолец Эдуард Гурвиц (якобы антикоммунист) поступил на первый курс автодорожного факультета Ленинградского инженерно-строительного института (ЛИСИ). Согласно выданной ему потом «волчьей» характеристике, учился он «через раз», да и вел себя на занятиях шумно и вызывающе – словом, с таким характером ему было самое место в провинциальном ПТУ, а не в одном из самых старых и престижных вузов страны. А затем 8 марта 1966 года Эдуард Гурвиц оказался в городе Великие Луки (Псковская область), где распложен филиал Ленинградского института инженеров железнодорожного транспорта (ЛИИЖТ), в ночь на 9 марта под окнами студенческого общежития «принял участие в групповом избиении» студента этого вуза. О чем ректора ЛИСИ письменно уведомили и задержавшая буяна великолукская милиция, и руководство института, где учился избитый студент (см. документы). В итоге, приказом №50 от 26 марта 1966 года Эдуард Гурвиц был исключен из ЛИСИ «с выселением из общежития».

Гурвицу светил хоть и короткий (2-3 года) но реальный срок за хулиганство, поскольку инцидент не замяли, а дали ход делу. Но затем произошло странное: через месяц уголовное дело было закрыто, а Гурвица восстановили в ЛИСИ – вернув ему и место в общежитии, и даже стипендию, ограничившись строгим выговором. Причина его восстановления формулировалась донельзя абстрактно: «в связи с получением дополнительных материалов», что тогда обычно подразумевало письмо «сверху» или из КГБ. Но высоких связей у молодого Гурвица не было, а значит, слухи о том, что он выразил желание сотрудничать с госбезопасностью, получив «позывной» Веселый, имеют веские основания.

ЯворивскийВот только в этой «гебешной истории» кое-что осталось недоговоренным. Дело в том, что сидя в камере СИЗО, молодой хулиган не мог вот так просто вызваться к следователю и заявить «хочу работать на КГБ». А если бы и заявил, то просто получил бы по шее. Вариант был один: только КГБ могло выйти на арестованного Гурвица, и никак наоборот. А значит, либо само преступление (избиение студента) было сопряжено с некими не названными обстоятельствами, которые привлекли к делу органы госбезопасности, либо студент Гурвиц уже работал на КГБ до этого инцидента.

Несколько странным фактом из его биографии, который тоже может быть связан с КГБ, является его срочная служба после окончания вуза в 1971-72 г.г. Дипломированный специалист по строительству дорог вдруг оказался рядовым в РВСН, хотя самое место ему было лейтенантом в стройбате. Возможно, что данный пункт является, как бы это сказать, ложной информацией, и в реальности Эдуард Гурвиц служил вовсе не рядовым при ракетной базе.

 

«Шабашки» и «крыша»

В 1973-77 г.г. молодой специалист-строитель Гурвиц работал в стройуправлениях города Бельцы (Молдавия), где он познакомился с таким явлением теневой советской экономики, как «шабашки». Получив свои первые большие «левые» деньги за работу, Гурвиц впервые узрел свой смысл жизни. Однако, как человек с большим кругозором, не останавливающемся на малом, он вскоре понял, что еще большие деньги можно «зашибать», будучи не самим строителем, а организатором «шабашек». Чем он и занялся в последующие 10 лет. Под скромной записью «работал в разных строительных организациях Одессы с 1977 по 1987 год» в биографии Гурвица как раз скрывается его карьера известного на всю область шабашника – именно в этом амплуа он и был известен до начала 90-х.

Одновременно с этим он заложил основы своей будущей карьеры градоначальника. За 10 лет «шабашек» Гурвиц перезнакомился в области со всеми председателями колхозов и райисполкомов, завязал деловые знакомства в исполкоме и горкоме Одессы. Впоследствии некоторые из этих старых знакомых (например, Леонид Титович) станут его «кадровым резервом», и он будет «пилить» с ними уже бюджеты независимой Украины. А тогдашний председатель Одесского горисполкома Валентин Симоненко, с которым Гурвиц заключал взаимовыгодные подряды на строительные работы (с хорошими «откатами»), стал его лесенкой в городскую власть.

 

Но между нелегальными «шабашками» и своей первой должности в городской власти Одессы, Гурвиц три года (1987-90) занимался «кооператорством». Его первым официальным предприятием стал кооператив «Реставратор», по сути ставший полузаконным способом оформления «шабашек». Затем появилось фирма «Экополис», созданная на базе одесского «Экоклуба», в который однажды с деловым предложением заявился Эдуард Гурвиц. Возможно, не только с деловым, поскольку «Экоклуб» являлся чем-то вроде первого «перестроечного» культурно-политического бомонда, и к нему у КГБ был живой интерес.

Формально «Экополис» была оформлен как многопрофильная творческая студия, реально занимался всем подряд: теми же строительными подрядами, производством белил (краски) в старом цехе, перепродажей лука, который для Гурвица выращивали на колхозных полях корейцы — которым он им так и не заплатил, «кинув на бабки». Но с каждым месяцем «Экополис» всё больше уклонялся в торговлю, в том числе контрабандным товаром, коего в Одессу приходило всё больше и больше. Причем, значительная часть проходившей через «Экополис» контрабанды принадлежала одесским ОПГ.

С одесскими «авторитетами» Гурвиц близко познакомился, когда начал «шабашить» в городе. Если где-то в колхозах договориться с местными хулиганами можно было за пару импортных джинсов или пол ящика водки, то в Одессе «братва» бдительно следила за всеми видами «нетрудовых доходов» и брала с них по установленной таксе. Так Гурвиц впервые обзавелся криминальной «крышей». Но не просто исправно платил процент с «шабашек», а сблизился с главарями криминального мира Одессы. Захотел ли он сам расширить границы своего бизнеса, или же выполнял задание кураторов из КГБ, но Гурвиц занял социальную нишу между обычным полутеневым коммерсантом и криминальным «коммерсом». То есть, не являясь непосредственно членом ОПГ, он принимал участие в бизнесе группировок в качестве «младшего партнера».

В конце 80-х Гурвиц стремился к непосредственным контактам с самим Виктором Куливаром (прозвище Карабас), королем криминального мира Одессы. Но тот перепасовал его одному из своих «вассалов» Григорию Стоянову – бывшему моряку, который вместе с братом создал группировку численностью около 40 человек. С конца 80-х и до середины 90-х Стоянов был главной силовой «крышей» Гурвица — а он, в свою очередь, помогал ему в борьбе за контроль над ключевыми объектами в городе.

Георгий Стоянов

Георгий Стоянов (справа) со своим сыном Марком

 

Первая должность, первые трофеи

Помимо криминальной «крыши», Гурвиц всегда искал себе и политическую. Она была нужна ему уже во время его первых выборов в 1990-м году. Знакомые Гурвица рассказывали, что тогда он стремился получить мандат народного депутата, и даже ради этого создал себе имидж политического диссидента (вот и пригодился репрессированный отец), завязал контакты оппозиционными (как тогда говорили «демократическими») партиями. Для него это было несложно, поскольку среди членов «Экоклуба» было немало увлекающихся политикой городских чудаков, в том числе «профессиональные демократы» в их среде уже тогда были и «руховцы», и «зеленые», и «республиканцы». На выборах 1990 года «Экоклуб» и «Экополис» выдвинули 37 кандидатов! Гурвица уговорили не лезть сразу в большую политику, а выбрать себе руководящую хозяйскую должность. Так он выиграл выборы в Жовтневый райсовет (баллотировавшись как «зеленый»). А затем, при поддержке «демократов» снизу, городского головы Симоненко сверху, одесский ОПГ из-за угла и розданных депутатам «подарков», был избран его председателем и главой райисполкома.

Гурвиц моментально освоился в своей первой должности. Уже в сентябре 1990-го, с помощью Валентина Симоненко, он переподчинил в собственность своего райсовета РСУ-1 и РСУ-5 (со всей недвижимостью и техникой), а также выбил для своего района некоторую экономическую самостоятельность. Это было право взимать в районные фонды арендную плату, право регистрировать малые предприятия, создавать совместные предприятия (это было очень важно для экспортно-импортных операций), а также право перевода государственного имущества в коллективное (первый шаг на пути к приватизации). И первым делом Гурвиц отписал в подарок «Экоклубу» целый дом на улице Ласточкина: официально под офис «экологической инспекции», реально здание перешло в собственность общественной организации.

Но через год он отберет этот подарок обратно, объявив дом аварийным – и порвет со своими друзьями из «Экоклуба». И дело будет не только в том, что с развалом СССР и упразднением КГБ услуги агента Веселого стали пока что никому не нужны – а значит и ему уже не требовалось терпеть и одаривать престарелых поэтесс и неуравновешенных лузеров. Дело было еще и в том, что на президентских выборах 1991 года Эдуард Гурвиц решил однозначно поддержать кандидата от «Народного Руха» Вячеслава Черновола, фактически возглавив в Одессе его избирательный штаб. А большинство членов «Экоклуба» высказались против Вячеслава Максимовича, и были столь уперты в своем решении, что имели неосторожность поссориться с Эдуардом Иосифовичем. Впрочем, по информации источников SKELET-info, гораздо более весомой причинной их ссоры была буйная бизнес-деятельность Гурвица и понимание того, что он   лишь использовал в своих целях наивных романтических чудаков. Они, видимо, считали, что изгонят его из своих рядов – а вместо этого он сам изгнал их из помещения. «Людьми руководят не идеалы, а страх и деньги!» — сказал как-то Эдуард Гурвиц.

Почему Черновола? На то время с рейтингом до 30%, лидер «Руха» был не только главной альтернативой Кравчуку, но и вполне реальным кандидатом в президенты. Гурвиц верно рассчитал, что в случае победы Черновола, единственным человеком в Одессе, оказавшим такую поддержку будущему президенту, окажется он – и тогда сможет претендовать на очень большие и жирные дивиденды. Ну а чтобы его будущая удача зависела не от одного только слишком принципиального Черновола, Гурвиц развил бурную деятельность по сближению со всеми членами «проводу Руха» — и особенно у него это удалось с Владимиром Яворивским, ставшим другом и деловым партнером Гурвица. В будущем, когда Гурвиц стал мэром Одессы, он подарил «Союзу писателей Украины», которым руководил Яворивский, несколько дорогих исторических объектов одесской недвижимости. А Яворивский использовал их по своему усмотрению. Кстати, их сближению мог способствовать тот факт, что Владимир Яворивский сам был агентом КГБ еще с 1971 года, работая под псевдонимом «Тридоля». И не только тайно стучал на коллег-литераторов, но и в 1973 году по заданию КГБ организовал сбор подписей украинских писателей под письмом к Юрию Андропову с осуждением Василия Стуса, Вячеслава Черновола и других украинских диссидентов. Кстати, имеется информация, что после дела Стуса, Яворивский завязал неофициальные, но доверительные отношение с Виктором Медведчуком.

 

Владимир Яворивский

Владимир Яворивский и его «стукаческое» дело

В 90-х Яворивский покинет «Рух» и возглавит Демократическую партию (вместе с другими подписантами письма к Андропову), однако в начале 1992-го он еще имел там большой вес. И Гурвиц этим немедленно воспользовался, чтобы протолкнуть на пост главы Черноморского морского пароходства своего протеже Павла Кудюкина. Впрочем, источники сообщали, что Кудюкин был тогда протеже не столько самого Гурвица, сколько одесских ОПГ и коррумпированного городского руководства.

 

Павел Кудюкин

Павел Кудюкин

Одесские СМИ писали, что когда Кудюкин еще только учился в Одесском высшем инженерном морском училище, то был уличен за кражами личных вещей из гардероба. Но у него всегда была масса нужных связей, которые уже в 27 лет сделали его капитаном дальнего плавания – и он использовал свою должность для перевозок импортных шмоток и контрабанды. В Одессе Кудюкин был знаком со всеми нужными людьми: от таможенников и городских чиновников, до криминальных «авторитетов» и фарцовщиков. Поэтому очень многие были заинтересованы в том, чтобы Кудюкин возглавил ЧПМ.

Вообще, эта история началась с того, что прежний руководитель ЧМП Пилипенко в августе 1991-го поддержал КГЧП, после чего «национально-патриотические силы» начали капать на темечко Кравчука требованиями об отставке «коммунистического путчиста». Но до выборов 1991 года Кравчук все эти требования игнорировал, а вот уже потом пошел на уступки. Вот только главным претендентом на пост главы ЧМП сначала был Александр Винницкий (его поддерживали в Киеве) и Валерий Кравченко — которого, в частности, поддерживали местные одесские «руховцы». Поэтому Гурвицу пришлось прыгнуть через их голову: он повез Кудюкина к Яворивскому, а потом уже они втроем поехали прямо к Черноволу – доказывать, что Кудюкин это лучший морской капитан и самый большой патриот Украины. И уже с поддержкой Черновола они направились к Кравчуку. Первому президенту Украины Кудюкин пришелся по душе: он назначил его главой ЧМП, а затем поставил руководить скандальным концерном «Бласко» (к которому был причастен сын президента Александр Кравчук). Закончилось это тем, что в 1994-м Кудюкин бежал в Москву, где в 1995-м был арестован и выдан Украине, провел 3 года в СИЗО, приговорен к 10 годам лишения свободы – и освобожден 23 марта 2000 года «по состоянию здоровья» (есть информация, что за него хлопотали бывшие «руховцы»). После чего «откинувшийся» Кудюкин сначала лелеял месту о создании «православного флота» (совладельцем предприятия должны были стать УПЦ МП и кипрские компании), а потом вдруг разжился стартовым капиталом и занялся агробизнесом в Киевской области (ПАО «Березанское»).

Гурвиц Эдуард

Эдуард Гурвиц

А вот еще одна история из 1992 года, связанная уже с самопровозглашенным Приднестровьем (ПМР). Первая официальная встреча Гурвица и президента самопровозглашенной ПМР Игоря Смирнова состоялась летом 1992 года.  Тогда в Тирасполь ездила делегация украинских политиков правого толка во главе с Вячеславом Черноволом, куда втиснулся и Гурвиц – изучать украинский вопрос Приднестровья. Вопрос этот «руховцам» не понравился, так как они увидели в нем «российскую карту». Зато у Смирнова и Гурвица завязались дружеские и деловые отношение. Сообщалось, что впоследствии Смирнов несколько раз ездил в Одессу, где имел встречи с Гурвицем – в том числе в ресторанах и в сауне. Итогом этих встреч стали контрабандные и коррупционные операции, осуществлявшиеся между структурами ПМР и одесским бизнесом. Эдуард Гурвиц участвовал в них непосредственно – о чем утверждал бывший начальник комендатуры Тирасполя полковник Михаил Бергман.

По словам Бергмана, в 1992 году президент Смиронов издал указ, которым поручал осуществлять внешнеэкономическую деятельность МПР через ряд фирм, в том числе украинских, среди которых было СП «Три плюс Ко ЛТД», занимавшееся грузоперевозками. Бергман заявлял, что данное предприятие входило в структуру бизнеса Гурвица его криминальных партнеров, которые через Приднестровье вывозили в Европу цветные металлы и нефтепродукты, а ввозили контрабанду, в том числе стрелковое оружие.

Сергей Варис, для SKELET-info

ПРОДОЛЖЕНИЕ: Эдуард Гурвиц: кровавый мэр-разоритель Одессы. ЧАСТЬ 2

Также будет интересно почитать:

Новости партнеров:

Добавить комментарий