Парад доброчестности: рокировка в ГПУ названа люстрацией

луценкоОт перетасовки «девочек» бордель не перестал быть борделем.

Проводить реформы можно, конечно, по-разному. Можно, например, так, как это делает Юрий Луценко (Подробнее читайте: Юрий Луценко. «Терминатор» украинской политики): освободить прокурора Закарпатской области Владимира Янко и тут же назначить его прокурором Луганщины. Или так: освободить прокурора Луганской области Юрия Квятковского и поставить его руководить прокуратурой Львовской области. Или даже так: переместить заместителя прокурора Харьковской области Александра Стратюка в кресло прокурора Ивано-Франковской области. Или, в конце концов, вот так: вручить заместителю прокурора Львовщины Олегу Соболю портфель прокурора Ровенской области.
Областями Украину Господь Бог не обделил (все-таки, как-никак, самая большая страна в Европе), прокуроров у нас тоже хватает, а их заместителей и подавно. Тасовать эту колоду можно бесконечно, менять местами Полтавщину с Николаевщиной и наоборот — сколько угодно. А если придут какие-нибудь условные общественные активисты и спросят: «А где же, Юра, реформы?», он и ответит: «Да вот они!». Рокировки идут, аж гай шумит, но изменений что-то не видно.
Один из далеких предшественников Юрия Луценко Михаил Потебенько снискал себе недобрую славу, повторяя, что тело из Таращанского леса соответствует ДНК Георгия Гонгадзе на 96%. Неизвестно, прилипнет ли к Луценко его цифра-визитка, но сейчас он говорит о том, что люстрация прокурорских кадров осуществлена ​​на 95%. Однако, исходя из назначений, осуществленных Луценко, этого никак не скажешь.
Руководителем Департамента внутренней безопасности ГПУ и в дальнейшем остается Иван Дзюба — человек, который работал в системе и при Шокине, и до Шокина. Ранее должность руководителя ДВБ занимал Игорь Белецкий, которого «ушли» после Революции достоинства. Но Дзюба был руководителем упомянутого департамента еще до Белецкого.

После смены власти в феврале 2014 года Иван Дзюба плавно шел к возвращению на «старое» место — сначала занял кресло старшего прокурора отдела внутренних расследований и предотвращения коррупции управления внутренней безопасности ГПУ, а оттуда добрался и до начальника ДВБ.

С Департаментом внутренней безопасности ситуация тем более непонятная, что сам Луценко намекнул: структуру возглавит Петр Шкутяк. Дословно это прозвучало так: «Шкутяк будет руководителем рабочей группы внутренней безопасности ГПУ по проверке добродетельности прокуроров в центре и на местах. Ему 35 лет, он был председателем Долинской райгосадминистрации (Ивано-Франковская область. — Авт.), участвовал в „языковом Майдане“, большом Майдане; добровольцем „Айдара“ ушел на фронт, был тяжело ранен под Луганским аэропортом, в поселке Георгиевка», — охарактеризовал Луценко свою креатуру.

Но дело в том, что должности «руководитель рабочей группы» официально не существует, да и само ее название звучит странно. Есть кресло начальника Департамента внутренней безопасности, которое занимает, как уже было сказано, Иван Дзюба.
Говорите или молчите вовек
А между тем для преодоления коррупции в прокурорской среде Юрий Луценко не придумал ничего более оригинального, чем обязать подчиненных заполнить так называемые анкеты добродетели. Анкеты внедрили в конце июля, на их обработку прокурорам дается месяц.

По окончании срока в ГПУ, надо полагать, будет организован шумный банкет, а Юрий Витальевич публично объявит не только о завершении люстрации, но и о победе над коррупцией. Процентов так на 95.

«Ошибочно указанная информация в декларации о добродетели прокуроров будет поводом для привлечения к дисциплинарной ответственности или освобождения от должностей, или из органов прокуратуры в целом», — разъяснила значение анкет пресс-секретарь Луценко Лариса Сарган.

Что же представляет собой этот инструмент для выявления добродетели? В анкете — семь позиций, которые следует скрепить подписью и тем самым присягнуть в том, что фигурант в течение своей карьеры придерживался следующего: 1. Не совершал действий, порочащих звание прокурора; 2. Своевременно задекларировал имущество в установленном порядке; 3. Уровень его жизни соответствует имеющемуся имуществу и доходам; 4. Не совершал коррупционного правонарушения; 5. Не осуществлял незаконного вмешательства в работу другого прокурора; 6. Добросовестно выполняет обязанности и придерживается присяги; 7. Не является объектом запретов, предусмотренных законом «Об очищении власти».

Никакой конкретики такая анкета, как видим, не содержит. Она вполне предсказуема, поскольку рассчитана на добровольное признание в преступлении или правонарушении, которого, конечно же, не будет. Но не менее, чем содержание такой анкеты, удивляет и порядок проверки добродетели.

Она заключается в размещении анкет прокуроров на официальном сайте и ожидании, когда сознательные граждане предоставят информацию, которая опровергнет подписанные прокурором «семь столбов добродетели».

При этом у сознательных граждан есть не более шести месяцев.

После завершения этого срока любая информация теряет смысл, а прокурор считается успешно прошедшим проверку. Для разработки этого конгениального метода проверки добродетели, очевидно, и создавалась рабочая группа Шкутяка в составе десяти человек.
Но предположим, что от сознательных граждан таки поступили данные о том, что прокурор имярек соврал в своей анкете. Что происходит тогда? А тогда — в случае получения компрометирующей информации — единственная задача группы Шкутяка заключается в направлении этой информации руководителю прокуратуры, в которой работает гипотетический нарушитель.

После чего непосредственный руководитель сомнительного прокурора «обязан решить вопрос о назначении служебной проверки». Что будет, если руководитель примет решение о нецелесообразности проведения проверки — в правилах применения чудо-анкеты не указано. Очевидно, что если начальник нарушителя не даст ходу служебному расследованию, нарушитель и в дальнейшем будет оставаться на своем месте.

Перефразируя известный анекдот о продаже слона, констатируем, что с такими методами, такой бюрократией, отсрочкой решений, имитацией наказаний и кощунством, вложенными в так называемую «анкету добропорядочности», Юрий Луценко никакую коррупцию не одолеет. Зато, правда, будет, о чем отчитаться перед начальством — читай: перед Президентом, который и пролоббировал его кандидатуру.

В защиту подобных анкет следует отметить, что они имеют применение и за рубежом. Заполнение анкет добродетели является обычной практикой в ​​государственных и правоохранительных органах США, Канады и европейских краин. Только там анкеты состоят из нескольких десятков листов очень конкретных вопросов — помимо детальных вопросов о финансовом состоянии лица и его близких родственников, есть уточнения относительно места проведения отдыха и источниках его оплаты, по средней дозе алкоголя в неделю (актуально и для самого генпрокурора — А.), случаях управления транспортом в состоянии опьянения, участии в незаконной охоте, использования услуг проституток и многие другие обстоятельства личной жизни.

При этом вся предоставленная в анкете информация может быть проверена как на полиграфе, так и путем сбора из разных источников данных о личности, образе его жизни и круге общения. Луценко же достаточно увидеть семь росчерков пера под очень расплывчатыми тезисами, не подкрепленными доказательствами и фактами.

Наибольший кадровый промах
Сто дней прокурорства Луценко еще не прошли, но настанут уже в скором времени. Трудно сказать, что попадет в ТОП его особых «достижений»: то ли «перемешивание» областных прокуроров, то ли комедия с «анкетам добродетели». В течение последних трех месяцев наибольшее возмущение общественности вызвало, наверное, назначение прокурором Киева Романа Говды. Это Луценко припомнят также.
Кресло столичного прокурора оставалось вакантным почти год — с момента отстранения Сергея Юлдашева. Все это время прокуратуру столицы возглавлял первый заместитель Юлдашева — Олег Валендюк, прославившийся решением админсуда, которым его было запрещено увольнять с должности первого заместителя прокурора Киева.

Что же касается Романа Говды, то он сделал неплохую карьеру, пройдя служебную лестницу от прокурора отдела в Житомирской прокуратуре до прокурора Одесской области и заместителя Генерального. В свое время его прочили на должность прокурора Специализированной антикоррупционной прокуратуры, но Назар Холодницкий (Подробнее читайте: Назар Холодницкий. Главный по коррупции или по борьбе с ней?) Говду обошел.

Луценко назначил Говду на высокий пост, несмотря на то, что именно он подписал подозрение бывшему заместителю Генерального прокурора в «квартирном деле» — Виталию Касько (подробнее про него читайте в статье Виталий Касько – махинатор, коррупционер, «сбитый летчик»). И это еще не конец истории. С месяц назад пресс-секретарь Юрия Луценко Лариса Сарган писала критический пост в Facebook о том, что Виталий Касько — как кролик в «Приключениях Алисы в Зазеркалье» — заблудился во времени. Касько, таким образом, унизили дважды: с помощью соцсетей и неприятных для него кадровых назначений.

Все это вместе взятое означает только то, что к реформаторам прокуратуры вроде Каська или Сакварелидзе Луценко не будет иметь никакого отношения. Пути «первого призыва» перестройщиков ГПУ и нынешнего руководства Генеральной прокуратуры даже не будут пересекаться. Что ж, каждая метла метет по-своему или делает вид, что метет. В любом случае, неубранной хате от этого не легче — имитация усилий не заменит сами усилия.

Подробнее читайте: Юрий Луценко. «Терминатор» украинской политики

Назар Холодницкий. Главный по коррупции или по борьбе с ней?

Опубликовано в газете Україна молода

Перевод: Аргумент

Также будет интересно почитать:

Новости партнеров:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *