Отобрать на металлолом. Как Семенченко помогает Путину разорять Донбасс

Даже если руководители ОРДЛО «национализируют» предприятия, заблокированные Семенченко, наладить сбыт их продукции они не смогут,пишет Деловая столица.

Фото: volynnews.com/Валерия Мироненко

Фото: volynnews.com/Валерия Мироненко

Руководство ОРДЛО заявило, что может национализировать расположенные на ее территории предприятия, которые остановились из-за блокирования железнодорожных путей и прекращения поставок сырья. Так называемый «парламент» ЛНР даже принял в первом чтении «законопроект», который сделает такую национализацию «легитимной». Речь идет об Алчевском металлургическом комбинате и Алчевском коксохимическом заводе, угольных объединениях «Свердловантрацит», «Ровенькиантрацит», «Краснодонуголь» и др.

«Власти» «ДНР», в свою очередь, хотят создать из национализированных предприятий «государственный холдинг «Метэнерго», в который войдут Енакиевский меткомбинат (включая его Макеевский филиал), Енакиевский коксохим, Харцизский трубный завод, Докучаевский флюсо-доломитный комбинат, Комсомольское рудоуправление, шахту «Комсомолец Донбасса», Зуевскую ТЭС, «Донецкоблэнерго», Донецкий метзавод, Макеевский и Ясиноватский коксохимы. По задумке «руководства» «республики», доходность этого «государственного холдинга» может составить 1,4 млрд. долларов.

В свою очередь, Россия может принять участие в судьбе «национализированных» предприятий — российское издание «Взгляд» со ссылкой на источник в российском Министерстве энергетики сообщило, что Россия может принять решение поставлять кокс на меткомбинаты на неподконтрольной Украине территории, чтобы поддержать производство «молодых республик». Кроме того, один из приближенных к «республикам» политологов сообщил, что планируется также учредить при Министерстве энергетики России специальный Торговый дом, который будет снабжать предприятия на территории «ДНР-ЛНР»сырьем из России, финансировать достройку инфраструктуры, содействовать «экспансии донецких предприятий на российские рынки».

«ДС» попыталось разобраться, насколько реалистичны «мечты» руководства новоявленных республик, и смогут ли «национализированные» предприятия работать вне юрисдикции Украины.

Во-первых, потеря для Украины только двух предприятий — Енакиевского металлургического завода и Алчевского металлургического комбината — весьма существенный удар по отрасли ГМК. По словам аналитика компании «Укрпромвнешэкспертиза» Олега Гнитецкого, в 2016 году Енакиевский металлургический завод (ЕМЗ) произвел 1,95 млн. тонн стали, Алчевский металлургический комбинат (АМК) — 1,3 млн. тонн, поэтому при общеукраинском объеме производства стали в 24,2 млн. тонн их доли составили соответственно 8% и 5,4%. ЕМЗ и АМК выпускают практически ту же продукцию, что и оставшиеся на украинской территории комбинаты — квадратную заготовку, сортовой прокат, арматуру — поэтому если они начнут работать под «юрисдикцией» так называемых «ДНР и ЛНР», то для украинской экономики это будет означать потерю примерно 13% валютной выручки.

Однако руководству ОРДЛО вряд ли удастся наладить работу «национализированных» метпредприятий. Современные металлургические предприятия — это не продуктовые рынки, которые ранее «национализировали» молодые «республики».

Если организовать поставки кокса и железной руды на предприятия с территории России еще можно, то продать готовую продукцию с территории «ДНР-ЛНР» — практически нереально.
В самой России металл из ОРДЛО не нужен — Россия занимает пятую строчку в рейтинге мировых производителей стали и сама может обеспечить металлом свой внутренний рынок. А на внешних рынках российским производителям конкуренты в виде украинских предприятий, «национализированных» так называемыми «ДНР» и «ЛНР», и вовсе не нужны.

Но даже если представить себе, что российские власти решат поддержать производство в «ДНР-ЛНР» и разрешат экспортировать продукцию ЕМЗ и АМК через российскую территорию, возникает вопрос о легализации металла. Во первых, «ДНР» и «ЛНР» в мире никем не признаны, поэтому никто не рискнет приобрести металл, произведенный в государстве, которого не существует. Ведь если у покупателя возникнут финансовые претензии к производителю проката, куда он будет обращаться с иском о возмещении ущерба — в «Арбитражный суд ДНР»? И ни один суд в другой стране, например, в той же Великобритании, не примет иска к предприятию под юрисдикцией несуществующего государства.

Еще один аспект в сбыте металла — каждое металлургическое предприятие, в том числе и ЕМЗ и АМК, имеют международные сертификаты качества, выданные такими классификационным обществами, как французская Bureau Veritas, японская Nippon Kaiji Kyokai, Korean Register of Shipping или международным Lloyd’s Register. Это не просто красивые бумажки с печатями, а документы, подтверждающие, что предприятие действительно выпускает прокат необходимого уровня качества и тот соответствует определенным требованиям. Это означает, что если, например, судостроительный концерн в Южной Корее приобретает металл на АМК, то он должен быть уверен, что корпус танкера, собранного из этого металла, не развалится в открытом море. Ведь если из-за металла плохого качества судно даст трещину и загадит акваторию какого-нибудь порта, иски о возмещении ущерба по цепочке доберутся и до метпредприятия. А какие могут быть претензии к предприятию в государстве, которого нет? По этой же причине весьма сомнительно, что продукция «отжатых» метпредприятий может экспортироваться под маркой российского производителя — ни один металлургический холдинг в России не захочет отвечать за качество металла, прокатанного в «ДНР-ЛНР». Поэтому когда сертификаты качества «национализированных» метпредприятий будут аннулированы, их продукция сможет заинтересовать разве что сборщиков металлолома.

По мнению Олега Гнитецкого, у АМК и находящегося в его составе коксохимического комбината чуть больше шансов сохранить жизнеспособность, поскольку больше половины его акций находится в собственности у российских компаний. В частности, как писали СМИ, в 2010 году 50%+2 акции корпорации ИСД, владеющей АМК, приобрел консорциум российских инвесторов во главе с владельцем швейцарского трейдера Carbofer Александром Катуниным при финансовой поддержке российского Внешэкономбанка. Остальные 49,99% акций «ИСД» принадлежат Сергею Таруте и Олегу Мкртчану.
В то же время исполнительный директор ИСД Максим Завгородний считает, что даже у АМК нет шансов работать под «крышей» «ЛНР». Он напомнил, что в случае «национализации» будут нарушены права европейских инвесторов, которые финансировали реконструкцию АМК, и эти кредиты комбинат еще не вернул. «Если кто-то что-то попытается национализировать или попытается там работать — это будет просто невозможно! Это просто превратится в набор зданий и сооружений, которые не будут целостным комплексом и не смогут работать ни при каких обстоятельствах. Даже гипотетически — без украинской сертификации продукции это нереально», — отметил Завгородний.

Поэтому вероятнее всего  после «национализации» металлургические заводы повторят судьбу многих предприятий оккупированного Донбасса: будут порезаны на металлолом и сами станут сырьем для металлургических предприятий в России. На таком изумительном фоне открытым остается вопрос, кем считать инициаторов блокады, которые якобы во имя высоких идеалов победы на коррупцией и контрабандой наносят своей собственной стране?

В тему: Семен Семенченко. Фейковый командир

Также будет интересно почитать:

Новости партнеров:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *