Обвиняемый в коррупции заместитель начальника ДСНС Аверьянов подал в суд на журналистов, адвокатов и бывшую жену с требованием запретить говорить о его коррупционной деятельности

Олег Аверьянов

Олег Аверьянов

Все наверно смотрели известный латиноамериканский «Богатые тоже плачут». У нас в наличии материалы страдания замначальника ДСНС и депутата Черниговского облсовета  Олега Аверьянова. Сразу скажем, это покруче будет, ибо страдает данный депутат и замминистра нешуточно.

А страдает он от того, что не может договориться со своей бывшей женой и детьми о разделе имущества. И подает он исковое заявление, где намекает, что главная чрезвычайная ситуация в его жизни вовсе не Чернобыльская катастрофа, не пожары и наводнения, не АТО и гуманитарная катастрофа, а его бывшая жена Евгения Саверская (Аверьянова).

И эта самая жена, наняв адвокатов, и сообщив подробности его жизни журналистам, мешает чиновнику пожары тушить и кошек с деревьев снимать. Вот с пожарами, землетрясениями, наводнениями, радиацией, оползнями Аверьянов справится, может, а вот с бывшей женой — никак. Страшнее она атомной войны, а потому представляет угрозу обществу. Ну, а в кучу, угрозу обществу представляют адвокаты, которые взялись женщину защищать (защищать надо Аверьянова Олега Вячеславовича, ибо он замминистра и депутат облсовета). Также представляют угрозу журналисты, которые дают этой женщине слово. Это если каждой бывшей жене слово давать, то такое начнется, что страшно подумать! Вот у Аверьянова одна бывшая жена, а у других депутатов же больше! Это заговор против власти! Срочно всех в суд! У судей тоже жены-мужья, и они Аверьянова поймут. Они Аверьянова защитят. Они за Аверьянова отомстят. Правда, нормальные люди спокойно, без суда и журналистов, решают проблемы со своими бывшими супругамии совершенно не бывшими детьми, но они не такие «великие государственные мужи», как Аверьянов.
И поэтому, обладающий тонкой и нежной психикой заместитель министра и областной депутат, просто не в состоянии справится с бывшей женой, а потому необходимо поднять все украинское правосудие на борьбу с ней и ее помощниками. А что, кстати, сделала, эта самая бывшая жена, и почему она такая страшная? Пыталась нашего героя убить? Шантажировала? Украла у него что-нибудь? Ничего похожего! Она… она… она… потребовала свою часть имущества при разводе. Себе и их общим детям. А на что жить бедному замминистра и депутату областного совета? Ну, не на зарплату же! Дети же не замминистры, им много не надо! Это дело государственной важности. Депутат должен дарить новой гражданской жене украшения, и ездить с ней за границу не реже, чем раз в три месяца, для поправки своего нежного здоровья. А то еще чего новая жена не станет предоставлять грудь для скупых мужских слез, которые вызвала жена бывшая.

А тут еще это эта бывшая пресс-конференцию устроила, и слезы уже не остановить. Тут грудь покрепче нужна и помоложе. И, главное, что пишет замминистра в исковом заявлении о действиях бывшей жены: «Ми прожили разом 11 років, я завжди ніс відповідальність за нашу сім’ю повністю забезпечував дружину дітей, тому, що багато працював. Євгенія ж звикла не рахувала кошти і не вникати в фінансові проблеми. Після розлучення у нас склалися дуже напружені особисті відносини тому, що Євгенія вважає, що все майно, що придбано за період шлюбу підлягає розподілу, забуваючи про те, що під час нашого подружнього життя майно не тільки покупалось, алей продавалось».

Ну, правильно, перед разделом имущества, это самое имущество куда-то исчезло, о чем Евгения и сказала на пресс-конференции. И где тут ложь? Где оскорбления? Где удар по репутации? Евгения не привыкла вникать в финансовые проблемы? А откуда же столько документов у адвокатов? Не умела бы Евгения считать, то не пыталась, бы добиться правды. В лучшем случае, Аверьянов скрывал от жены продажу активов и имущества. Это делают некоторые мужья, но дело-то в том, что это имущество было оформлено на саму Евгению и ее родственников, а потом чудесным образом исчезло. Ну, разве это не профессионализм чиновника и депутата, когда имущество чудесным образом исчезает? Народ должен уважать таких героев, гордится ими, и ни в коем случае не беспокоить.

Предположим, что Евгения Аверьянова говорит неправду. Получается, что адвокаты не разобрались. Но адвокаты на этой самой конференции предоставили подделанные документы. Может они сами их подделали? А какой им смысл? Ведь они защищают интересы Евгении. Адвокатам достаточно того, чтобы ей вернули то, что принадлежит ей по закону, и очернять Аверьянова не в их интересах.

У журналистов, конечно, другие интересы, они работают с общественностью. Могут они не разобраться в деле? Да, в принципе, могут. Только вот, когда журналисты узнали, что относительно Аверьянова совершаются следственный действия на предмет злоупотребления служебным положением в корыстных целях, то сомнения в правдивости информации стали отпадать. Генеральная прокуратура уже получила доступ к счетам и телефонным разговорам фирм, которые связаны с тендерами на закупку пожарных машин. И все это в рамках уголовного дела, возбужденного против Олега Аверьянова. Журналисты подняли тревогу, когда в схему вновь вливают 250 миллионов гривен из государственного бюджета. И эти деньги идут от налогов всех членов общества, а потому журналисты справедливо стоят на страже интересов налогоплательщиков.
Аверьянов же с помощью суда хочет заткнуть всем рот, чтобы никто ему не мешал и не беспокоил. А поганые журналисты побеспокоили нашего героя. За его детей они вступились, за их будущее. Причем тут дети? Тут замминистра страдает, а вы тут с его детьми лезете. Вот как ярко он описывает свои страдания: «Висловлення відповідачів викликали у мене сильні душевні переживання та страждання, істотно погіршився психічний стан мого здоров’я, внаслідок чого було спричинено моральну шкоду. Моральна шкода виразилась у моральних стражданнях и переживаннях та порушенням душевної рівноваги у зв’язку з приниження моїх моральних принципів, моєї честі, гідності, а також ділової репутації. Мої діти дивилися передачу, тому це завдало шкоди моїм стосункам з дочками, та викликало труднощів у їх вихованні, оскільки побачене підірвало мій авторитет».

То, что у Аверьянова ухудшилось психическое состояние здоровья говорит тот факт, что он поставил под этим подпись (надеемся, что не сам писал). То есть, человек сознается в психических отклонениях, а, значит, руководить министерством просто не в состоянии. Одно дело психологическая травма, а другое – психическое состояние здоровья. Может, бывшая жена  Евгения и не имеет отношение к психическому состоянию здоровья Олега Аверьянова. Был бы Аверьянов психически здоров никогда бы такого не подписал, тех психически нездоровых людей, которые ему такую формулировку подсунули, прогнал бы. В исковом заявлении Аверьянов заявляет, что постоянно обращается к врачам и принимает лекарства. То есть, возможно, под действием этих самых лекарств он такое и подписал.

И если Аверьянов обращается к психиатрам, то стоит ли всерьез принимать его заявления? Может, полечится и заберет. Например, бросит пить, начнет здоровый образ жизни, и вспомнит, что у него дети есть. Ведь как надо воспитать детей, чтобы они посмотрев одну передачу не пожалели отца, а отвернулись от него. Тут или дети такие плохие и легковерные, либо у отца не было авторитета и до этой самой передачи. Может Аверьянову не лекарства принимать, а с бывшей женой и детьми разобраться? Как мужчине, ответственному человеку? И не бежать в суд подавать на всех подряд, признаваясь, что уже нанесен вред его психическому здоровью?

Впрочем, диагноз легко установить, если дочитать заявление до конца. В конце Аверьянов требует от ответчиков заплатить ему за моральный ущерб общую сумму 50 000 гривен. И тут всем становится понятно, что этим человеком движет патологическая жадность. Так именно в этом его и обвиняет его бывшая жена Евгения. И защитить Аверьянова от этой патологической жадности ни один суд не в состоянии. Одна надежда на психиатров.

 

Руслан Якушев, Антикор

Также будет интересно почитать:

Новости партнеров:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *