Криминогенная ситуация в Украине: силовики путаются в показаниях

preview_w380h250zc1За словоблудием Авакова и Луценко — развал правоохранительной системы дилетантами и аферистами.

21 сентября 2016 года состоялось заседание Комитета Верховной Рады по вопросам законодательного обеспечения правоохранительной деятельности. Это собрание должно было стать апофеозом реформ полиции, прокуратуры и суда, своеобразной чертой, которую парламентарии решили подвести под итогами работы наших обновленных правоохранительных органов. Депутаты вызвали на ковер руководителей ГПУ и МВД, чтобы поставить вопрос ребром: как мы дошли до такой жизни? Вернее — докатились.
Увы, заседание ненадолго задержало внимание телезрителей, ибо его затмил настоящий апофеоз всех правоохранительных реформ — расстрел в Днепре безоружных полицейских вооруженным бандитом с ментовской ксивой из числа бойцов печально известного батальона «Торнадо». Вы спросите, почему безоружных полицейских, ведь у них были пистолеты? Да потому, что они не были вооружены самым главным: знанием, опытом, профессиональными навыками, отработанными до автоматизма приемами стрельбы. В поединке с этим уродом, который вдоволь натренировался в практической стрельбе по живым украинским гражданам, наши днепровские патрульные были беззащитны как дети.

В жизни нет ничего случайного. То, что произошло, стало закономерной иллюстрацией перехода количества демагогии, позерства и профанации реформ, уничтожения права и правосознания в качество нашей жизни, которую захлестнул разгул бандитизма.

Это именно тот вопрос, который хотели поставить депутаты руководителям МВД и ГПУ.

Заседание вышло бурным и богатым на эмоции, хотя не уверен, что дало собравшимся ответ на ключевой вопрос, ради которого они пришли на комитет.

Генеральный прокурор Юрий Луценко пришел на заседание самолично и порадовал публику ораторским искусством и произвольным толкованием права, которое впоследствии деликатно дезавуировал, опубликовав причесанный и отредактированный советниками текст выступления в интернете, руководствуясь древней римской пословицей «лучше поздно, чем никогда».

Министр МВД Арсен Аваков поступил чисто по-мужски: прислал вместо себя Хатию Деконаидзе, которую собравшиеся попытались сделать если не козлом отпущения, то уж стрелочником однозначно, однако не на ту нарвались.

Сам же господин Аваков, из кустов своего блога на «Украинской правде», принялся громить известный «закон Надежды Савченко», пытаясь выдать его за причину всех бед. В своем пафосе он достиг вершин, до которых не успел дотянуться «холодным летом 1953 года» его коллега министр МВД Лаврентий Берия. В частности, господин Аваков вечером 20 сентября написал крылатые слова: «Я за гуманизм, конечно, и все такое… Но с этим надо кончать, господа парламентарии». Судя по тому, что текст был написан по-русски, от всей души — он явно принадлежал автору.
Далее в своем блоге господин министр живописал безрадостную картину: «В настоящий момент от дальнейшего отбывания наказания — по этому, принятому Радой закону, — освобождены 8 200 осужденных и заключенных. 34 тыс. (!!!) подлежат освобождению из мест заключения за год.

Из указанного количества вышедших — 785 уже уличены в совершении преступлений, из которых 22 — за умышленное убийство, 18 — нанесение ТТП, 10 — изнасилования, 405 — кражи, 131 — грабежи, 66 — вооруженные разбои, 39 — мошенничество, 20 — хулиганства и другие преступления… И это только уличенные, те кого удалось задержать … а исходя из текущей статистики раскрываемости, увы, минимум столько же остаются за кадром нашего внимания».

Какой кошмар! Из тысяч умышленных убийств, краж и грабежей, разбоев — всего несколько процентов совершено ранее освобожденными преступниками! Чтобы убедиться в этом, достаточно всего лишь сравнить приведенную выше статистику с другой статистикой, которую огласили на Комитете генпрокурор Луценко и начальник полиции Деконаидзе. Кем же тогда, по мнению господина Авакова, совершены остальные девяносто с лишним процентов тяжких и особо тяжких преступлений?

«Я за гуманизм, но против потакания рецидивистам. Мы не можем себе позволить в текущей ситуации быть либеральными к совершающим тяжкие преступления людям — это подрывает основы безопасности в обществе и провоцирует рост преступности», — пишет в своем блоге Аваков. Тут с господином министром никак нельзя согласиться. Почему это не можем позволить себе быть либеральными?!

Не далее, как два месяца назад, в угаре от радости по случаю принятия, прости Господи, новой редакции Конституции, например, наш генеральный прокурор молвил совсем другие речи. В частности, 2 июля этого года Юрий Луценко потребовал у суда изменить меру пресечения некоему Валентину Лихолиту по кличке «Батя», которого военная прокуратура подозревает в совершении ряда особо тяжких преступлений, в т. ч. бандитизм, разбой и т. п.

При этом он не только проявил чудеса гуманизма, но и потребовал от других стать такими же гуманистами путем объявления амнистии. «Надо сильно активизироваться в Верховной Раде, где я был одним из инициаторов проведения закона об амнистии, который освобождает от наказания участников АТО, которые не совершили тяжких преступлений в виде убийства, изнасилования и тому подобное. Я думаю, что этот закон надо срочно принять, и он закроет проблему ответственности тех, кто действовал в военной ситуации по законам мирного времени», — заявил Луценко.

«Дело Лихолита — отзеркаливание отношения страны к не святым своим защитникам, — написал Луценко на своей странице в Facebook. „Батя“, как и каждый боец АТО, должен отвечать за свои поступки. Решение вынесет суд. Но при выборе меры пресечения важно обеспечить достоинство защитника Отечества».

Пройдет всего два с половиной месяца и Аваков напишет такие слова: «Пишу и стираю целые абзацы примеров жестоких убийств, грабежей и изнасилований… понимаю, что и вам это читать неприятно и страшно… но эту ошибку надо выправлять! Слишком высокую цену платим». Нет, он писал не об уголовниках вроде Руслана Онищенко по кличке Абальмаз или Александра Пугачева по кличке Гамми, которым Аваков раздал оружие, дал погоны, облек властью и отправил на войну, где в составе ОПГ «Торнадо» они прославились неслыханными зверствами. Но цену мы заплатим действительно высокую — 25 сентября, в Днепре.

Хочу сразу же закрыть тему защитников Отечества: фронт летом 2014 года держали зеленые мальчишки из линейных частей ВСУ да мобилизованные мужики с заводов и фабрик Днепропетровской и Запорожской областей, которых брали прямо с работы и оформляли им «командировочку» в один конец, откуда многие не вернулись…

Возвращаясь к выступлениям докладчиков на Комитете, они по-разному увидели причины той неприглядной картины разгула преступности, что захлестнула нашу жизнь.

Госпожа Деконаидзе больше философствовала «за жизнь» и говорила общими фразами. «Преступность возросла на 23%. Я это признавала и признаю, мы не скрываем статистику. Количество преступлений — порядка 60% — это кражи имущества. Проблема в том, что наш народ беднеет», — отметила она. Философское умозаключение. Был такой старый анекдот: «Доктор, вы прописали мне таблетки после еды. Не могли бы вы мне прописать еще и еду?»

Впрочем, как говорил Соломон Давидович, все, что будет — уже было. И хорошо описано в прекрасной пьесе Льва Славина «Интервенция», экранизированной в 1968 году с Владимиром Высоцким в главной роли. В пьесе есть одна характерная сцена.

Стрельба. С улицы вбегает гражданин в одном белье.

Гражданин. Караул! Меня ограбили! Господа! Догоните их!

1-й господин. Вот еще!

2-й господин. Заступаться за спекулянтов!

Дама (офицеру). Помогите же ему!

Белый офицер. Мадам, у белой армии есть более высокие задачи, чем возвращение пропавших брюк неудачникам.
Последняя фраза лейтмотивом сквозит в каждом выступлении каждого большого полицейского или прокурорского начальства. Но что делать нам, неудачникам, родившимся и живущим в этой стране? На кого надеяться?!

«Проблема номер два — закон Савченко, 34 тысячи людей в скором времени выйдут на волю», — отметила Деканоидзе. Тут она скорее сделала одолжение своему шефу, поддержав его сомнительные аргументы, от которых камня на камне не оставит Юрий Луценко, огласив полную статистику роста преступности в разрезе.

Третья проблема, по словам главы Нацполиции, это мотивация полицейских. «Если бы вы видели, в каких условиях работает следователь, патрульный, опер, который работает 24 часа в сутки. Ни компьютеров, ни высоких зарплат… Профессия полицейского непопулярная, они себя чувствуют хуже, чем в 90-х», — заявила она.

Опустим вопрос, зачем компьютер оперу, который редко умеет пользоваться им по назначению. Отметим лишь, что компьютерная техника нынче сильно подешевела, простейший планшет или ноутбук можно организовать за пару сотен долларов, так что если продать один лимузин начальника областного ГУНП, то можно обеспечить планшетами не только всех оперов, но даже всех служебных собак. Просто воровать меньше надо!

В отличие от мадам начальницы полиции, Юрий Луценко смог подняться над уровнем кухарок и домохозяек, вспомнить, что он не хухры-мухры, а генеральный прокурор! И выступил с аналитическим докладом, который полностью опроверг отговорки коллег из МВД.

В частности, генпрокурор указал на следующее. С начала 2016 года зарегистрировано 410 000 уголовных правонарушений, что на 25% выше показателей прошлого года.

По статистике умышленных убийств. МВД говорит об уменьшении с 2100 в прошлом году до 1200 в этом году. Однако уменьшение достигнуто только за счет Донецкой области, с 1170 до 229 убийств — в основном за счет замораживания боевых действий. Если мы сравним цифру 1200 убийств и 22 — совершенных, по словам Авакова, лицами, освобожденными по закону Савченко, то увидим смехотворность доводов МВД, — ведь это менее 2% в общей картине!

Аналогичная история по остальным видам преступлений. Согласно докладу Луценко, имеет место резкий скачок количества преступлений имущественного характера: на 38% выросло число краж, или всего 221 000 потерпевших. На 40% больше грабежей — 16 200 против 11 000 в прошлом году. Совершено 2400 разбойных нападений, или на 30% больше.

Хуже всего ситуация в столице: почти каждое третье умышленное убийство в общественных местах совершалось в Киеве. Критическим является рост краж: с 6500 до 16 500, грабежей — с 1800 до 3500, разбойных нападений — с 158 до 281.

Теперь давайте сравним эту общую картину с доводами Арсена Авакова, который утверждает, что освобожденные по закону Савченко совершили аж 405 краж и 131 разбой на фоне десятков тысяч грабежей и сотен тысяч краж — ведь это же просто капля в море! Кем в таком случае совершены сотни тысяч остальных преступлений?

Вас пугают 34 тысячи зеков на свободе, но преступления совершают сотни тысяч людей. Остальные 40 миллионов на воле никого не пугают?

Однако Юрий Витальевич также не смог выйти за красные флажки, установленные неизвестным режиссером: «Вопрос номер два: так называемый „закон Савченко“. Он действительно несет большие угрозы по накалу криминогенной ситуации. Должен сказать, что этот закон восстанавливает порядок, который существовал в Советском Союзе до 1937 года».

Парадокс в том, что до этого господин Луценко уже нашел две ключевые с точки зрения его правосознания причины: это война и бумажная работа. Поэтому закон Савченко никак не шел вторым вопросом. Вероятно, поскольку тот, кто наставлял и шефа ГПУ, и начальника МВД, назвал эту причину второй, то они оба не посмели отклониться от высочайшей нумерации.

Еще Юрий Луценко оказался большим любителем истории наших карательных органов: «Будучи человеком, который интересуется историей, я нашел письмо, инструктивное письмо НКВД, написанное в систему ГУЛАГа, — отменить «день за два» в так называемых «критках», то есть в крытых помещениях, и специальные пайки за ударный труд ГУЛАГа, и как там написано «впредь поощрять контингент исключительно только увеличением пайки».

Поскольку нашего шефа ГПУ не устраивает, по его словам, что законом Савченко нам вернули «правовой порядок СССР до 1937 года», то, очевидно, он ратует за установление правового порядка после 1937 года, соглашаясь всецело с инструкцией НКВД СССР…

Однако вернемся к первым двум названым Луценко причинам.
«Первый фактор, с моей точки зрения, — это война, криминализировавшая Украину. Страна насыщена количеством оружия и взрывчатки, боеприпасов, которые не поддаются анализу», — говорит генеральный прокурор, одной из ключевых задач которого по Конституции является организация прокурорского надзора за ведением оперативно-розыскных мероприятий и процессуальное руководство досудебным следствием, в т.ч. анализ состояния дел в этой сфере. Поэтому руководителю ГПУ надо смелее ставить вопросы: откуда в стране столько оружия? Кто его раздал всякому сброду, который теперь с таким трудом отлавливает военная прокуратура?
Второй фактор, по словам Луценко, — это рутинная бумажная работа, которая отнимает колоссальное время у работников полиции. «Дело в том, что в комитетском варианте несовершенного закона предусматривается сохранение досудебного следствия, а это ничего не дает», — сетует главный прокурор страны. И действительно, с точки зрения «мента», какой смысл волокититься? Надавать дубинкой по почкам, обчистить карманы, и все дела! Какого черта еще протоколы составлять, вину доказывать? Конечно, ведение досудебного следствия отнимает колоссальное время у полиции. Вот если бы без суда и без следствия — тогда да, мы бы эту преступность в два счета…

Третьей причиной стал Закон Украины «О национальной полиции». Здесь Луценко пустился в откровения: «Третья проблема — право на оперативно-розыскную деятельность. Это один из ключевых вопросов. Честно говоря, тот, кто пропустил эту позицию в законе, подлежит с позором освобождению от службы. В законе, который я подписывал с коллегами, это право было. После доработки его в Министерстве внутренних дел оно где-то пропало. Я понимаю, что скорей всего, не умышленно, но стотысячное министерство семь месяцев работало, не имея главного инструмента правоохранительной деятельности — оперативно-розыскной деятельности».

Хотелось бы уточнить у Юрия Витальевича, что он имел в виду, ибо никакие законы, насколько я слышал, в МВД не принимаются и тем более не дорабатываются. Для этого есть другой орган — он называется парламент, Верховная Рада, в которой господин Луценко еще недавно был лидером фракции правящего блока. Поэтому, если Юрий Витальевич хочет узнать, благодаря кому парламент принял «бракованный» закон, ему будет достаточно посмотреть в зеркало — это его голос значится среди списка 278 парламентариев, включая 112 из БПП, проголосовавших 02.07.2015 г. не глядя за проект закона № 2822, и которых, по меткому замечанию шефа ГПУ, надо гнать с позором поганой метлой …

Лишь четвертой причиной господин Луценко указал то, с чего следовало бы начинать — управленческая дезорганизация Национальной полиции. Я бы даже взял шире — дезорганизация работы всех правоохранительных органов и прокуратуры. Так будет точнее.

Но и здесь докладчик не смог подняться на уровень серьезного анализа и свел все к проблеме подчинения патруля начальнику местной полиции, как будто патруль вообще никому не подчиняется и не входит в состав Национальной полиции.

На самом деле дезорганизация работы всех правоохранительных органов является следствием принятия профильных законов — «О прокуратуре» и «О Национальной полиции», которые были написаны не просто дилетантами, но решительными борцами с законом и законностью в стране, чей хромосомный набор до сих пор помнит страх при упоминании слова ОБХСС, чьи родные и близкие, возможно, страдали под гнетом Уголовного кодекса …

Теперь же, после 30 сентября — даты вступления в силу новой редакции Конституции — проблема дезорганизации поднимется на гораздо более высокий уровень. К ней еще нужно будет приплюсовать дезорганизацию работы высших судебных инстанций.

Размышляя о проблемах утраченной агентуры в криминальной среде, Юрий Луценко вскользь обронил наиважнейшую фразу: «Отсюда проблема отсутствия исторической памяти о том, что происходит в регионе, и рост преступности. С моей точки зрения, еще не поздно пригласить старых „профи“, которые не подпадают, конечно, под люстрацию, к работе в уголовном блоке каждого областного управления».

Отсутствие исторической памяти, в самом широком смысле этого слова, — это главная проблема нынешнего руководства. И тут я полностью соглашусь с генеральным прокурором.

Но память эту очень легко наверстать. Тут можно порекомендовать ему и всем другим ценителям истории посетить Народный музей одесской милиции, что расположен в двух шагах от здания ГУ Национальной полиции в Одесской области по адресу улица Еврейская, 14.

Там, в одном из павильонов, можно увидеть огромный, почти в рост человека, роскошный портрет генерала армии, Героя Социалистического труда, министра МВД СССР — Николая Щелокова. Человека, 15 лет державшего в ежовых рукавицах всю систему МВД, в конце своих дней смещенного с поста, лишенного наград и званий, исключенного из партии, который, чтобы избежать дальнейшего позора тюрьмы, застрелился.

Нынешним руководителям ГПУ, МВД, да и другим коллегам из СБУ, НАБУ, ГФС и пр. было бы совсем не лишним изучать примеры из недавней истории.

Пример Щелокова подтверждает древнюю римскую пословицу Sic transit gloria mundi — так проходит земная слава. Наши реформаторы слишком заигрались в абстрактные реформы, желая угодить зарубежным партнерам. Пора спуститься на грешную землю…

В тему: Dolce vita АРСЕНА АВАКОВА: ІТАЛІЙСЬКИЙ БІЗНЕС ТА ОФШОРИ (документи)

Юрий Луценко. «Терминатор» украинской политики

Анатолий НОВОСЕЛЬЦЕВ, опубликовано в издании Ракурс

Также будет интересно почитать:

Новости партнеров:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *